К истокам: расторжение брака по-христиански

У микрофона кандидат исторических наук, протоиерей отец Виктор Лисюнин.

«Есть замечательное выражение «Насильно мил не будешь. Невольник – не богомольник», - рассказывает отец Виктор Лисюнин. –Раньше, когда церковь и вера были государственными, и по церковным нормам определялись жизненные устои, то, конечно вопрос развода – это сложный был вопрос. Церковь тогда и сейчас старается не поощрять разводы. Когда мы видим, что люди развелись, то часто церкви остается только констатировать это, как факт. Но это ни в коем случае не развенчание – ответственность, которая была наложена венчанием, остается на каждом. Но церковь как бы смягчает удар и дает возможность человеку все-таки создать свой семейный очаг».

В Православной Церкви брак может быть прекращен по двум основным причинам. Первая — смерть одного из супругов. В этом случае брак прекращается физически и овдовевший супруг может вступить в новый брак по изволению, данному апостолом Павлом (см. 1 Кор. 7: 8-9). Вторая причина — это измена святым клятвам брака, прелюбодеяние. В этом случае брак прекращается юридически. Разводом в строгом смысле слова можно называть все то, что следует из второй причины. То, что проистекает из первой причины — смерти одного из супругов или пропажи без вести, — правильнее называть прекращением брака. В результате накопления исторического опыта Церковь сформулировала на основании двух первоначальных причин ряд других, исходя в своем отношении из принципа икономии — снисхождения и милости к людям. К смерти супруга приравнивается его безвестное отсутствие в течение долгого времени: в таком случае оставшийся супруг признается вдовцом и не обязан томиться дальше в безнадежном ожидании. Точно так же смотрели на невиновного супруга в случае осуждения другого супруга на каторжные (пожизненные, как правило) работы. Однако, определяя причины для разводов, Церковь исходит из того, что все вышеперечисленные поводы являются для одного из супругов только возможностью, а не требованием. В Российской империи при осуждении к ссылке в Сибирь невиновному супругу обязательно ставился вопрос, не желает ли он последовать в ссылку за осужденным. Сам отказ уже расторгал брак, после чего для этого супруга мог наступить новый. Жены декабристов, например, могли воспользоваться своим правом и потребовать расторжения брака, однако, как мы знаем, некоторые этого не сделали. И сейчас, если муж прощает измену жены или жена готова жить с супругом, больным СПИДом, то ни о каком разводе речи быть не может. Конечно, идеалом является только первый брак, который несет на себе печать Таинства, во образ уникального союза Христа и Церкви (см. Еф. 5: 23-33). Второй брак, строго говоря, не является уже Таинством — сам чин второго брака не радостный, а покаянный, — но не исключает супругов из церковной общины.